Суббота, 18 сентября, 2021
Косметолог в Майами

Шеф-повар Доминик Кренн — одна из пяти женщин с тремя звездами «Мишлена» — о любви к Коко Шанель и связи между едой и модой


Доминик Кренн — волшебница. И не только потому, что она стала первой и единственной женщиной-шеф-поваром в США, получившей три звезды «Мишлена» (и одной из пяти в мире). Куда больше поражает другое: даже несмотря на все ужасы этого года, за время которого вся ресторанная индустрия чуть не покатилась под откос из-за коронавируса, она продолжает улыбаться. Поводов для радости в ее жизни немало: недавно Кренн обручилась, а ее рак груди второй степени перешел в ремиссию.

Кренн попала в приемную семью, когда ей было всего 18 месяцев. Она выросла во французском регионе Бретань, где в раннем возрасте познала все тонкости гастрономической культуры благодаря своим родителям. Затем Кренн отправилась на учебу в Сан-Франциско, после чего получила работу в Джакарте — столице Индонезии, — став первой женщиной-шеф-поваром на кухне отеля InterContinental. Вскоре ее потянуло обратно, и в конце концов она вернулась в Сан-Франциско, где открыла собственный ресторан Atelier Crenn.

Сегодня Доминик настроена как никогда оптимистично. Vogue поговорил с ней о любви к моде и карьере в индустрии, где по-прежнему доминируют мужчины.

Доминик Кренн

© Courtesy Dominique Crenn

Вы единственная женщина-шеф-повар в США, удостоенная трех звезд «Мишлена». Почему женщины и представители меньшинств по-прежнему не добиваются больших успехов в вашей индустрии?

Наша культура очень долго была построена на идее доминирования мужчин, это касается и гастрономии. Мы все рождаемся с равными правами, но в какой-то момент общество начинает пичкать мальчиков и девочек совершенно разными нарративами. Изначально иерархия на кухне ресторана строилась по принципу военной бригады и была очень маскулинной. Мы должны изменить этот подход и давать людям больше возможностей.

Вы известная модница. Что мода значит лично для вас?

Мода — важнейшее средство самовыражения. Мы с моей будущей женой (актрисой Марией Белло. — Прим. Vogue) обожаем винтаж. Моей первой дорогостоящей покупкой был браслет Hermès. Невозможно даже представить, сколько труда в него вложено. О, я должна показать вам своих идолов. (Направляет камеру на стену с развешанными в рамках фотографиями.) Посмотрите на эту потрясающую женщину — это Коко Шанель за работой в своем парижском ателье в 1962 году. Я большая поклонница Chanel. Они часто одевают мою невесту. Еще мне нравится, что делает Мария Грация Кьюри. Я восхищаюсь тем, как она выражает себя и понимает важность не только художественной составляющей, но и личности, которая за всем этим стоит.

Какую роль играла еда в вашем восприятии своей болезни?

Я всегда придерживалась того мнения, что еда — это лекарство. Нам стоит с большим вниманием относиться к тому, что мы едим, потому что в конечном итоге это приведет к определенным последствиям. Мне хотелось бы вернуться назад к основам и восстановить связь с природой — не только ради себя, но и ради планеты. Питание — это часть активизма. И как родители мы хотим лучшего для наших детей.

Когда я последний раз раздавала еду в центре Сан-Франциско, ко мне подошел бездомный и сказал: «Ты не кормишь меня отбросами. В твоих блюдах я чувствую любовь»

К слову об активизме — во время пандемии вы превратили свой второй ресторан Petit Crenn в бесплатную общественную столовую.

Люди голодают, а у нас остается много еды. Возможность готовить что-то, имея перед собой некую высшую цель, подарила мне невероятно воодушевляющий опыт: каждый бизнес должен поставить перед собой задачу не только забирать, но и отдавать. Мы все несем ответственность за борьбу с голодом. Когда я последний раз раздавала еду в центре Сан-Франциско, ко мне подошел бездомный и сказал: «Ты не кормишь меня отбросами. В твоих блюдах я чувствую любовь». Еда — одна из немногих вещей, способных объединить людей.

Вас удочерили, когда вы были совсем малышкой. Как ваш бэкграунд помог вам стать той, кто вы есть?

Научил меня относиться ко всему без предубеждений. Моя биологическая мать родилась во время французской оккупации от француженки и немецкого солдата. С помощью ДНК-теста я узнала, что у меня есть корни во Франции, Германии и Италии, а далее они уходят в Северную Африку и к берберам. Я ребенок мира, и этот факт помог мне понять, что все мы равные — независимо от того, где родились или какого цвета у нас кожа.

В документальном сериале Netflix «От шефа» вы сказали, что «многие люди приезжают в Сан-Франциско в поисках ответов». А каким был ваш вопрос, на который вы искали ответ?

Мой вопрос звучал так: «Где я могу проявить себя в качестве творца?» Моя родина, Франция, — прекрасная страна, но там я всегда чувствовала некоторые рамки. Сан-Франциско — очень свободный, мультикультурный город, в котором кипит творческая энергия. 

Говорят, успех убивает креативность. С момента открытия Atelier Crenn вы сталкивались с какими-либо трудностями, которые были вам в новинку?

Здесь, в США, я столкнулась с разрушительной риторикой. В начале этого года со мной кое-что произошло. Я ехала домой из больницы. Мои волосы выпали из-за химиотерапии, поэтому я обмотала вокруг головы шарф, чтобы было теплее. Сзади сидели мои две 6-летние дочки. Внезапно меня подрезает мужик в грузовике и начинает сыпать оскорблениями, называя мусульманкой и говоря, чтобы я «возвращалась в свою дерьмовую страну». Когда я вызвала полицию, все, что они мне сказали, было: «Он имеет право с вами так разговаривать». У нас впереди еще много работы.

Вы заядлый книголюб, с детства пишете стихи. Какую книгу вы бы взяли с собой на необитаемый остров?

«Маленького принца» Антуана де Сент-Экзюпери. Читая ее, я каждый раз нахожу новые, более глубокие смыслы.

Свои блюда вы часто наполняете личными воспоминаниями. Должно быть, это порой делает вас ранимой?

Блюдо должно рассказывать историю, будь то личный разговор, который у меня был однажды с любимым человеком, или момент, когда незнакомец задел мои чувства. Я хочу, чтобы созданная мной еда была отражением всего этого. Да, так можно почувствовать себя ранимым и уязвимым, но если я хочу преуспеть в своем деле, то должна научиться обнажать свою душу перед незнакомыми людьми. Уязвимость — это не слабость, а сила. Самое прекрасное заключается в том, что, позволив себе открыться, вы вдохновите других последовать вашему примеру. То же самое можно сказать о моде: Коко Шанель позволила себе быть ранимой, чтобы проявить всю свою креативность. Меня это просто поражает.

Вам пришлось пережить тяжелые потери и удары судьбы, но при этом вы сохраняете невероятный оптимизм. В чем секрет?

Вне зависимости от того, что происходит вокруг, в наших силах смотреть на все это с позитивом. Даже оказавшись в безвыходной ситуации, вы должны помнить, что всегда есть свет в конце тоннеля. 





Source link

Related Articles

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Stay Connected

21,992ФанатыМне нравится
2,941ЧитателиЧитать
0ПодписчикиПодписаться
- Advertisement -Подтяжка лица в Киеве

Latest Articles